Единственно знакомые псам яблоки 5 букв

команда мухтару (*****) 5 букв. - кроссворд онлайн на terdentclearge.tk

Апорт - Слово на А; 1 - я буква А; 2 - я буква П; 3 - я буква О; 4 - я буква Р; 5 - я Апорт - Поисковая система Апорт - Единственно знакомые псам яблоки. 1 буква - П 2 буква - А 3 буква - В 4 буква - Л 5 буква - О 6 буква - В - "Дети Ванюшина" О 4 буква - Р 5 буква - Т - Единственно знакомые псам яблоки. сорт яблок и команда собаке. • «подай» для собаки. • поисковая система. • единственно знакомые псам яблоки. • команда собаке принести палку.

Злобные, но прекрасные глайстиги из Северной Шотландии носят волочащиеся по земле зелёные платья, чтобы скрыть козлиные копыта. А бин си уж не по каким параметрам не назовёшь красивой: Цыгане, ведьмы и, прежде всего, феи считались большими мастерами отводить глаза, так что кормилица фей, к примеру, входила в аккуратный деревенский домик или, напротив, богатое поместье, где её пациентка, прекрасная дама, лежала в кровати с балдахином, но стоило ей прикоснуться выпачканными снадобьем фей пальцами к глазам, как она оказывалась в земляной пещере, в окружении тощих импов, а кровать роженицы превращалась в кучку высохших камышей.

Снадобье фей — бальзам в виде масла или мази, при помощи которого человек видит то, что есть на самом деле, а не то, что феи хотят заставить его видеть путём отвода глаз, — обладает способностью не только наводить, но и разрушать чары и по своим свойствам сродни четырёхлистному клеверу. Утверждают даже, что именно из четырёхлистного клевера и приготовляется это снадобье. Магический навык, в разной степени присущий феям, колдунам и ведьмам.

Не все феи обладают такой способностью. Некоторые, как ичь-ушкья, имеют в своём распоряжении лишь два облика — юноши или коня. Феи, которые приглашают в свои дома смертных кормилиц, искусно меняют облик и внешний вид своих жилищ, но это, скорее всего, не настоящая перемена облика, а отвод глаз.

Буги, звери-буги и им подобные, а также некоторые виды хобгоблинов, к примеру Пэк, — вот самые настоящие оборотни. Однако они меняют обличье больше для забавы, чем с целью причинить кому-то вред. Типичный случай — история хедли коу. Истинными оборотнями являются колдуны сверхъестественного происхождения: Простые феи столь же беззащитны против такого колдовства, как и смертные.

Как гласят сказки и некоторые легенды, люди и сверхъестественные существа в состоянии овладеть искусством перемены облика в совершенстве.

Некий человек отдаёт своего сына в подмастерья к волшебнику на определённый срок, который всё затягивается и затягивается, и, когда сын всё-таки не приходит домой, отец отправляется его искать.

Находит он его в плену у волшебника и уводит домой, опознав в изменённом облике. По дороге домой, чтобы раздобыть денег, сын превращается в разную скотину, которую отец продаёт, не забывая при этом снять недоуздок, ибо в этом недоуздке заключена душа сына: Покупатель всегда один и тот же — волшебник, но бывшему подмастерью каждый раз удаётся сбежать, пока отец, заворожённый огромной суммой, не забывает про недоуздок, и тогда сын попадает в рабство.

Изобретательный подмастерье бежит, волшебник за ним, во время погони они затевают поединок оборотней, волшебник погибает. Существуют разные мнения относительно того, что именно феи употребляют в пищу. Другие феи, о которых говорят, будто они берут взаймы, часто просят семена и возвращают всё до последнего зёрнышка.

Берут они овёс и всегда отдают вдвойне, но только ячменём, так как больше у них ничего не растёт [19]. Кроме того, феи умеют похищать саму суть человеческой пищи, которую Роберт Кирк называет фойсон, оставляя лишь совершенно непитательную оболочку.

В остальном пища фей состоит из травы, хотя они при помощи отвода глаз и придают своим трапезам видимость изысканности и богатства. Святой Коллен после трёх лет, проведённых в Гластенберийской обители, был избран настоятелем, однако вскоре оставил аббатство, избрав более суровую, отшельническую жизнь, и нашёл для себя келью у подножия Гластенбери-Торн. Как-то раз, молясь в своей келье, св. Коллен услышал разговор двух мужчин о том, что у Гвина ап Надда, короля Аннона, на вершине этого холма замок.

Коллен высунулся из окошка и побранил мужчин за то, что те с таким почтением говорят о дьяволе. Прохожие предупредили его, что если он будет говорить так о Гвин ап Надде, то навлечёт на себя беду. Но Коллен стоял на своём. Через несколько дней к святому явился посланник от короля фей с приглашением. Святой отказался, но через день приглашение было повторено. Наконец посланник потерял терпение и пригрозил, что если Коллен не придёт, ему будет хуже.

Отшельник отправился с ним, спрятав под рясой сосуд со святой водой. На вершине горы он увидел самый прекрасный замок, какой только можно вообразить. У его ворот стояли отряды стражников, музыканты играли на различных инструментах, юноши и девушки катались на красивейших лошадях. Коллена проводили в пиршественную залу, в которой были накрыты столы и суетились королевские пажи, одетые в красные с синим камзолы.

Король учтиво приветствовал святого и пригласил его к столу. Но святой Коллен, которому феи не могли отвести глаза, ответил: Ропот пробежал по рядам собравшихся, но король продолжал говорить учтиво: С этими словами Коллен плеснул на них святой водой.

В мгновение ока чудесное видение растаяло, и Коллен увидел, что стоит на поросшей травой вершине холма в бледном утреннем свете [20]. Феи отдают предпочтение корням любой серебристой травы то есть растений, листья которых имеют серебристую изнанкустебелькам вереска, молоку оленей и коз и ячменной муке [21].

В наиболее мрачных сказках, записанных в Ирландии, смертные посетители, попав по случайности на придворную кухню короля фей, видели, как роскошные яства для пиршественного стола готовили из трупа старой ведьмы. Несомненно, все блюда, которые подавали в Волшебной стране, подвергались волшебной обработке, до неузнаваемости изменявшей их вкус и вид. Феи, живущие племенами, как большие, так и малые, обыкновенно отдавали предпочтение тем же развлечениям, что и люди.

Героические феи, которые в средневековой Англии звались фай, в Шотландии — благословенный двор, а в Ирландии — Даоин ши, считались аристократами своего племени, потому и развлечения у них тоже были аристократические, к примеру танцы, музыка, охота и верховая езда в кавалькадах фей. В Ирландии излюбленным занятием Даоин ши была война между кланами, для чего феи нередко заручались помощью людей, ибо красная человеческая кровь обладает особой силой.

Вот как рассказывают о войне между феями: Когда разные племена фей с королями и королевами во главе вступают в битву, одна сторона обязательно старается заполучить в свои ряды живого человека, и он колотит фей, чем решает исход сражения, в случае если сторона, за которую он выступает, проигрывает.

Обыкновенно король Манстера бросает вызов Финваре, королю фей из Коннота [22]. Воевали они и со смертными королями и королевами, к примеру Этал Анбуал, правитель Даоин ши из Коннота, сражался против королевы-воительницы Маэвы и короля Айлила из Круакана. В горах Шотландии благословенный двор ведёт нескончаемую войну с неблагословенным двором, ибо злые феи особенно коварны и сильны в горах, да и на Островах ещё живы люди, которые помнят эту войну.

Слоа, или мёртвое воинство, тоже враждуют с благословенным двором. Итак, войны, верховая езда и охота — вот главные занятия фей. Все феи одинаково музыкальны и нередко заманивали в свою страну особенно одарённых музыкантов-людей.

Смертным волынщикам тоже случалось подслушивать мелодии фей. Это прелестная мелодия, на которую почему-то не ложатся никакие человеческие слова. Говорят, будто лучший волынщик прославленного музыкального семейства МакКриммон обучился своему искусству у человечка из племени фей, когда был ребёнком.

Все феи любят танцевать, и в особенности водить хороводы. Если фее не с кем потанцевать, она будет подскакивать и кружиться в одиночку. Даже зловредные феи, боглы, буги и кровопийцы бааван ши скачут и вертятся волчком от злобной радости, которая переполняет их чёрные сердца. Фея из Нижней Шотландии по имени Вапити Стури выдала себя тем, что танцевала и пела в одиночку.

Вот описание танца фей, сделанное в году: Сам-то я никогда не видал ни феи-мужчины, ни феи-женщины, но вот моей матери довелось увидеть целую толпу.

Пошла она как-то с подружками из городка на летнее пастбище. Доили они ввечеру коров и вдруг увидели стайку фей, которые плясали рил на лугу перед курганом. Ах, Боже ж мой! До чего и им захотелось сплясать, но нет, дочери простых смертных не могли танцевать среди фей! Их головы покрывали шлемы-колокольчики из голубого шёлка, одеты они были в зелёный атлас, на ногах — золотые сандалии.

Густые тёмно-русые волосы спадали до талии, золотистые, как летнее солнышко. Кожа белая, что лебединое перо, голоса звонкие, как у певчих дроздов, сами пригожие да ладные, будто нарисованные, выступают легко, горделиво и проказливые, как маленькие красные олени, что живут в холмах [23].

Все героические феи — прирождённые охотники, причём на самую разную дичь. Добрые феи скачут по лесам и полям за волшебными оленями, хотя, кажется, не убийства ради; псы у них белые с красными ушами; а вот мёртвое воинство охотится за человеческими душами, точно как дьявол, а иногда и вместе с.

Они летают по воздуху на конях с красными горящими глазами и кричат, как перелётные птицы. На севере Англии их зовут гончие Гавриила. Вот рассказ об охоте фей, услышанный под сенью Бен-Балбина в Ирландии.

"Квартирный вопрос": Яркая кухня для многодетной семьи и рабочий кабинет в лоджии

Я знал одного человека, который видел джентри, охотившихся по ту сторону горы. Он увидал, как всадники с собаками выехали на дорогу, и тут же прыгнул в придорожные кусты, а время было час ночи. На следующий день, проезжая через это место, он пробовал отыскать следы охоты, но ничего не увидел [24].

Феи любят играть в мяч. Самое раннее упоминание об этом находим в рассказе Гиральда Уэльского об Элиодоре, который похитил у фей золотой мяч, чтобы доказать своей матери их существование. В Ирландии футбол и хоккей на траве пользовались особой популярностью у фей, в основном у доброго народца, малорослого и непоседливого. Шахматные состязания нередко помогали феям одерживать победу над смертными. Волшебная страна чаще всего изображается как место вечной радости и ослепительной красоты, однако есть и другая точка зрения, более мрачная, которая позволяет предположить, что всё это лишь для отвода глаз, а за нескончаемой весёлостью кроется неутолимая, беспокойная тоска.

Вот описание матча по хоккею на траве, популярнейшего развлечения ирландских фей: Зелёный холм расступился, и путники оказались в красивом зале. Никогда ещё Подину не доводилось видеть такого собрания, как в тот раз, внутри Дунского холма.

Там было полным-полно маленьких человечков, мужчин и женщин, молодых и старых. Король и королева фей подошли к ним и заговорили: Тут все поднялись и вышли. Снаружи каждую фею ждал конь, а для короля и королевы был готов экипаж. Владыки сели в карету, феи повскакали на коней, и Подин, будьте уверены, тоже не отстал.

Волынщик вышел первым и заиграл, а когда процессия отправилась, последовал за. Вскоре все прибыли в Нок-Матха. Холм распахнулся, и король фей вошёл внутрь. Там его встретили Финвара и Нуала, верховные король и королева фей Коннахта, и тысячи их подданных. Финвара подошёл к нему и сказал: Матч состоится на Мойтуре, под Слив-Бегладаун.

И феи тронулись в путь, а малыш Донал и ещё двенадцать волынщиков шагали впереди и играли приятные мелодии. Когда они пришли на Мойтуру, феи Манстера и феи холмов Нефина уже ждали их. Не тратя времени, противники заняли места, мяч бросили на середину поля, и пошла потеха. Тогда Стонгиря подбежал и кинулся на него, но Подин наподдал ему, и тот полетел вверх тормашками.

Тем временем две команды сошлись врукопашную, и уж тогда феи Коннахта побили других фей. Те немедленно обернулись крылатыми жуками и принялись поедать всякую зелень, какая только попадалась им на пути. И так они опустошили много хороших земель, пока не добрались до Конга. А там из дыры в земле поднялись тысячи голубок и заглотали жуков. До сих пор у той дыры нет другого имени, кроме Пулл-на-Гуллам, Голубиная Дыра [25].

Как видите, пылу игрокам было не занимать, а сама игра чем-то напоминает современные отборочные матчи в крикет. Развлечение, одинаково любимое всеми феями, большими и малыми. Все феи, и прекрасные, и уродливые, отличные танцоры. Когда-то, много лет тому назад, В дни короля Артура говорят О нём и ныне бритты с уваженьемПо всей стране звучало эльфов пенье; Фей королева со своею свитой, Венками и гирляндами увитой, В лесах водила эльфов хоровод По крайней мере, верил так народ [26].

Согласно многим версиям, товарища обвиняют в убийстве, но, к счастью, не раньше чем через год ему удаётся убедить судей пойти с ним на то место, где пропал его спутник. Там они слышат музыку, обвиняемый просит подержать его за фалды кафтана, встаёт одной ногой в кольцо и вытягивает оттуда своего друга, страшно исхудавшего, но по-прежнему с сундучком на плече. Тот, разумеется, уверен, что не закончил и одного танца. Троу Шетландских островов знают всего два танца; хенки, их родичи, танцуют причудливо, можно сказать, вприсядку: Невозможно перечислить все случаи, когда смертным удавалось подглядеть, как танцуют феи, однако нелишне ещё раз напомнить, что многие популярные плясовые мотивы есть не что иное, как музыка фей, подслушанная и наигранная затем искусными флейтистами и волынщиками.

Вот чрезвычайно выразительное описание купания фей одним ранним утром в источниках Илкли, что в Йоркшире: Много лет подряд день Уильяма Баттерфилда начинался с того, что он открывал дверь купальни и никогда не замечал ничего необычного, пока однажды славным погожим утром в середине лета с ним не случилось вот. Уже спускаясь по склону холма, он обратил внимание, какие славные мелодии выводят птицы необычайно весёлыми и звонкими голосами, так что вся долина звенит от их песен.

Раздумывая позже о своём приключении, он вспомнил, что придал тогда значение этим звукам, и впоследствии связал их с происшествием, свидетелем которого стал в банях. Тогда он попытался открыть дверь силой, но, едва приоткрывшись, она тут же захлопнулась снова, точно кто-то толкал её изнутри.

Наконец, навалившись изо всех сил, он распахнул дверь настежь, и она с грохотом захлопнулась опять! Но он всё же успел войти, и в ту же секунду — Фррр! Крохотные человечки, не больше восемнадцати дюймов росту, с ног до головы в зелёном, болтая и стрекоча что-то неразборчивое, сигали в воду.

Похоже, они купались, не снимая одежды. Но вот сначала один, потом другой начали покидать купальню, перемахивая прямо через стену с ловкостью белок. Сторож, видя, что они намерены убраться восвояси, и желая перемолвиться с ними словцом, не придумал ничего лучше, как закричать во весь голос: Зрелище было настолько необычное, что сторож, по его словам, не смог или просто не посмел кинуться за ними вдогонку.

Он стоял будто зачарованный, словно старина Джереми Листер пятьдесят лет тому назад, когда у него на глазах ведьма из Илкли положила на воду решето из ясеневого дерева, переправилась в нём через речку Харф и пошла ему навстречу. Когда купальня опустела, сторож выбежал посмотреть, куда исчезли странные существа, но и там ничего не заметил.

Тогда он вбежал внутрь взглянуть, не оставили ли они каких-нибудь следов, но ничего не увидел; вода была такая же чистая и прозрачная, как прошлым вечером, когда он запирал купальню на ночь. Он надеялся, что, может быть, они впопыхах позабыли что-нибудь из одежды, но нет, ничего не было, и тогда он оставил поиски и принялся готовить купальню к открытию; и всё же он несколько раз отрывался от дела и подходил к двери взглянуть, не вернулись ли они, но никто не появлялся [27].

В народных сказках феи редко бывают с крылышками. Обычно они поднимаются в воздух, усевшись на что-нибудь вроде стебля полыни, прутика или пучка травы, как ведьма на свою метлу, и произнеся определённое волшебное слово. Одним из первых писал об этом антиквар и собиратель досужих историй Джон Обриприведённое им заклинание таково: По всей видимости, эти слова поднимали не только человека, но и вещь.

Один школяр, увидав как-то облако пыли, из которого доносилось: А вот более длинное и сложное заклинание: Конь, вперёд, вперёд, кобыла! Пусть поднимет ветер. Я за вами в тот же час. Самый распространённый сюжет о полётах — это рассказ о том, как феи, пикси, троу или ведьмы берут с собой гостя на пирушку в чей-нибудь погреб, где тот просыпается наутро в полном одиночестве, с золотым кубком в руке, не зная, как объяснить хозяевам своё присутствие.

Когда на пирушку отправляются ведьмы, средством передвижения им часто служат красные колпаки, но есть одна волшебная сказка, где фигурируют белые колпаки. Сюжет и развязка этой сказки напоминают скорее историю о ведьмах, чем о феях: Жил однажды мальчик, который свернул с пути по дороге домой и заблудился в густом лесу; настала ночь, он, выбившись из сил, прилёг на землю да и уснул. Он проснулся два или три часа спустя и увидел медведя, который лежал головой на его узелке с пожитками.

Медведь поднялся, и мальчиком овладел страх, но потом он обнаружил, что зверь совсем ручной и ласковый, и пошёл вслед за ним из чащобы туда, где горел огонёк. Подойдя ближе, он увидел, что свет горит в окне маленькой торфяной избушки. Он постучал, невысокая женщина открыла дверь и ласково пригласила его войти.

В домике мальчик увидел другую женщину небольшого роста, которая сидела у очага. Хозяйки сытно накормили гостя и сказали, что спать его уложить им некуда, кроме как в их же собственную постель.

Он лёг и тут же уснул, но, едва пробила полночь, хозяйки подскочили и натянули белые колпаки, что висели на спинке кровати. Мальчику страшно стало оставаться в избушке, он схватил третий колпак со спинки кровати, напялил его и воскликнул: И немедленно оказался в кольце фей за домом, где весело отплясывали обе хозяйки.

Вы со мной согласны? Рыцарям, друг мой, не грех предаваться простительным излишествам по окончании горячего ратного дела Вот и сегодня Дин Ли по завершении домашней схватки намеревался за обедом продолжить с Су Цзеном разговор на тему, неделю назад затронутую после триумфального штурма белыми рыцарями замка Вольфенштайн, откуда на радость зрителям они с чувством вышибли так называемых черных злодеев, коими водительствовал сам высокий командор Конгрегации хладного металла.

Все как в доисторической игре в двухмерные шахматы, где белые и черные фигуры не бывают ни хорошими, ни плохими. Цвет металл-хитиновых доспехов все-таки тоже не имеет значения в нынешних рыцарских ристалищах.

В то время как правила военных игрищ, свято исповедуемые рыцарями Конгрегации хладного металла, четко и строго регламентируют, когда, где, какое оружие, амуницию могут использовать в потешных баталиях рыцарственные леди и джентльмены, а также оруженосцы-эсквайры обоих воинствующих полов.

Словом, леди и джентльмены Конгрегации отдавали должное современным технологиям и материалам, будучи вооруженными и оснащенными на славу.

Экзалтер Алекс Майкл. Авантаж

Сплошные металл-хитиновые доспехи защищали их от скользящих ударов мономолекулярных режущих кромок холодного оружия, а в несчастном случае прямого удара клинок из ортоколапсированного полиметалла медленно пробивал броню всего лишь со скоростью 2 миллиметра в секунду.

Убойные миллисекундные гравиперфораторы на оконечности клинков находились под запретом, зато не возбранялось оснастить острие оружия архаичным пневматическим вибропенетратором и продырявить металл-хитин зазевавшегося условного противника за каких-то полсекунды. Разрешен и механизм частичной самозаточки лезвий, пострадавших от прямого встречного парирования оружия рыцарственного соперника. Дозволен был и бесшумный для ординарного слуха пневматический арбалет-полуавтомат барабанного заряжания на 12 болтов-выстрелов.

Аналогичная пневматика также применялась в предложенных рыцарем Су Цзеном вакуумных присосках наколенников и перчаток для преодоления вертикальных поверхностей при штурме зданий и крепостных стен вместо громоздких силипластикатовых лестниц и канатов с крючьями-кошками.

Конечно, можно было использовать антигравы или доски-экранопланы, подобно роботизированным мойщикам окон высотных зданий, но в Конгрегации не так давно отнесли такие аппараты к категории непозволительно неспортивных. Позволительно было прибегать и к соматическим наноскафам-дефензориям, так как иногда славные рыцари наносили друг другу невозбранно тяжкие ранения.

К слову, без большой или малой крови никогда не обходилось ни одно из театрализованных исторических шоу, периодически устраиваемых Конгрегацией хладного металла, бравшей на себя вместе с Ассоциацией экстремальных видов спорта страховку акцидентов вплоть до реституционных процедур для ненароком погибшего доблестного комбатанта.

Но на уединенной тренировке смерть или полученное увечье под категорию страховых случаев подпадали с неимоверным трудом. Поэтому Дин Ли и Су Цзен, хоть и числились в привилегированном красном резерве, в учебно-развивающих поединках с боевыми треф-кинжалами в руках берегли один одного и действовали крайне осторожно.

Тем паче сантиметровый треф-кинжал с дополнительной мономолекулярной заточкой гарды и противовеса-трилистника на рукояти представлял собой поистине грозное колюще-рубящее оружие рукопашного боя. Ну, начнем, благословясь, мой юный друг Они чудесно ладили вдвоем, пусть на публике старались поддерживать официально-формальные отношения. Неистребимое мальчишество и молодецкие студенческие забавы Дина Ли, никак не желавшего угомониться и после 30 лет, прочно разменявшему девятый десяток, но далеко не дряхлому Су Цзену не казались предосудительными.

Он знал, как Дин Ли прямо из амниотического центра очутился на студенческой скамье. Словно двоюродный дед, без навязчивой демонстрации родственных чувств Су Цзен доброжелательно-снисходительно относился к молодому коллеге.

Вместе с тем, тесную дружбу с отвязанным студентом Дином Ли военный адъютант главы Имперской комиссии по новым вооружениям бригадный генерал Су Цзен не очень-то афишировал. И дело было вовсе не в его видной должности и положении. Или в желании избежать злопыхательских безосновательных обвинений в гомосексуализме.

Совсем нет, истинная причина скрытности их отношений таилась в совместном участии в экспериментальной программе оптимизации психофизических ресурсов человека. Сегодняшний тренировочный бой тет-а-тет тоже был отнюдь не рядовой встречей друзей и спарринг-партнеров. В антарктическом уединении Либен-манора вдали от лишних глаз, но под пристальным наблюдением внешних дистанционных сенсоров и контактных датчиков системы физиометрического контроля Дин Ли и Су Цзен испытывали, отрабатывали экспериментальную методику ускоренного передвижения и восприятия при отключенных боевых имплантантах.

Такой вот латинизированный термин пустил в рабочий оборот узкой группы испытателей и разработчиков научный руководитель закрытого от посторонних медико-биологического эксперимента доктор медицины и действительный магистр ксенологии Атил Алмо. Как шеф-директор одного из реабилитационных амниотических центров корпуса рейнджеров, полковник Атил Алмоши обладал немалыми ресурсами и резервами для разработки закрытых тем, претворения в жизнь персональных научно-исследовательских замыслов, опытно-конструкторских работ и реализации благодатных академических свобод вне контроля вездесущей, сующей свое свиное рыло куда ни попадя гуманистической общественности, ратующей за торможение техногенной эволюции человека, неизменность и неприкосновенность его образа, будто бы спустя тысячелетия homo sapiens sapiens по-прежнему должен архаично соответствовать мифологическим подобиям множества богов изначальной Земли в их примитивном истолковании недоразвитыми пращурами.

Или же, в трактовке атеистов, извечно физиологически уподобляться персонажам древних антропологических мифов -- парочке неких обезьяночеловеческих прародителей, беспардонно окрещенных профанами из масс-медиа библейскими псевдонимами Адам и Ева.

Не счесть по именам доктору Атилу Алмо всех своих вольных и невольных, условных и безусловных идейных врагов-ретроградов, не справится ему с их легионами, кабы количество и, превыше всего, качество единомышленников-прогрессистов тоже не зашкаливало за все мыслимые человеческие измерения. Кто кого и кто за ны? Так вот, среди поклонников мыслимого и немыслимого прогресса напрочь не бывает дефицита добровольцев, желающих самостоятельно взойти на жертвенный алтарь науки.

Сразу док Алмо без продолжительных поисков обнаружил готовых пуститься во все тяжкие эксперименты трех адекватных волонтеров -- рейнджеров-испытателей из числа достойных доверия сослуживцев. Первым подопытным стал капитан Мик Риант еще прижизненно, как, впрочем, и остальные испытатели, совершенно добровольно согласившийся на посмертную частичную генетическую перестройку нервных и мышечных волокон, а также на кардинальную анатомическую оптимизацию собственного организма, подкрепленную новейшим метаболическим комплексом висцеральных наноскафов, разработанных Атилом Алмо в сотрудничестве с Айвом Редвертом, больше известным своими исследованиями в области психиатрии и псионики.

Ему, доктору-мозгодавуи дорожная карта в руки. За здравомыслием Мика Рианта доктор Редверт скрупулезно и въедливо наблюдал как до, так и после объявленной смерти и реституции первого экспериментального пациента.

Тот же добрый доктор Редверт привлек к исследованиям целлеризации второго испытателя -- Сунь Янцзена. С генеральскими псевдофобиями и воображаемыми синдромами док Редверт квалифицированно расправился, а потом сделал воспрянувшему духом пациенту такое завлекательно суицидальное, далекое от банальности предложение, от какого тому нельзя было отказаться. Бригадный генерал сам по-быстрому организовал свою временную кончину, поскольку бюрократическая рутина и высокопоставленное положение на службе императору ему не позволяли погибнуть при эвентуальном стечении спонтанных сколь-нибудь опасных обстоятельств в какой-либо рискованной миссии рейнджеров где-нибудь на далекой планете.

В силу пожилого календарного и физического возраста генерал Цзен на четыре долгих томительных года задержался в амниотическом центре, покинув гостеприимных, но опостылевших до невозможности, ласковых докторов-амниотиков в одно время с Дином Ли.

Там же за пару месяцев до возвращения к активной жизни по плану воскресившие их разработчики программы целлеризации и познакомили между собой подопытных добровольцев. Затем настал новый период овладения удивительными психофизическими возможностями, умениями, навыками оптимального использования модернизированного тела.

На новенького присоединившиеся к Мику Рианту испытатели вдруг обнаружили: Когда им того хотелось, все они внезапно переставали привлекать к себе внимание на уровне языка микродвижений тела и мимики.

В таком варианте ничего примечательного в их облике не наблюдалось. Народ как народ, все. Рост, похоже, ниже среднего, примерно 2 метра 40 сантиметров. Может, чуть более сухощавы, чем окружающие. Излишним весом не отличаются, особых объемов вздутой мускулатуры тоже незаметно.

Разве что у всех троих сходная текуче-плавная аккуратная походка, будто они сознательно соразмеряют с пониженной гравитацией затраченные усилия на перемещения.

Тоже ничего замечательного, если наши люди постоянно проживают в каком-нибудь ином мире с повышенной силой тяжести или здесь у себя дома ускоренно наращивают мышечную массу на силовых гравитационных тренажерах. В общем, люди как люди, обыкновенного вида. В то же время придирчивое анатомическое обследование тройственного облика-габитуса позволяло выявить ряд существенных черт, присущих только испытателям экспериментальной программы целлеризации. У всех троих мышцы и сухожилия выглядели длиннее, чем у многих спортсменов-профессионалов, практикующих силовые виды спорта.

Да и крепились они к скелету несколько иначе, нежели изображено в анатомическом атласе. Между всем прочим, анатомия еще не все, если дополнительно необходима не убогая инстинктивная регуляция и бессознательная вегетативная реакция организма на экстремальные обстоятельства, а сознательный контроль ситуативного применения психофизических параметров, данных не от природы и не от какого-то бога, а привнесенных медико-биологическим экспериментом.

Как раз в понимании доктора Алмо главная отличительная особенность испытателей целлеризации состояла именно в их благоприобретенном умении эффективно использовать потенциал собственного онтогенетического тела, несмотря на эволюционную несостоятельность, вернее, ущербность сборной анатомической конструкции, доставшейся человеку разумному от недоразвитых и большей частью канувших в небытие путем естественного отбора филогенетических предшественников: Шеф-директор программы оптимизации ресурсной платформы человека доктор медицины и ксенологии Атил Алмоши настойчиво приводил множество других аргументов с целью подвести теоретический базис под исследования и убедить последователей в правильности избранного пути.

Что ж, такова роль всех вождей, вожатых, поводырей и прочих руководителей народов -- убеждать идейно убежденных и доказывать то, в чем никто не сомневается. Если врагов ничем не пронять, следует работать с друзьями, отнюдь не пренебрегая банальностями и трюизмами.

Ничего тут не попишешь, и потому сотрудники дока Алмо, подначаленные и подопытные куртуазно терпели от него многословие, резонерство, разглагольствия, как и всякую другую вербальность, хорошо свойственную большим и малым предводителям рода людского.

Матушка-природа, если вам сие угодно узнать от меня лично, милостивые леди и джентльмены, рекурсивно движима статистической методологией малонаучного тыка.

  • Крупные сладкие яблоки - слово из 5 букв
  • Гусево яблоко, cлова из 5 букв
  • Единственно знакомые псам яблоки. 5 букв

То туда, то сюда она бесцельно дергается многотрудным и малоэффективным путем проб и ошибок, в суете и бестолковости загоняя свои творения в эволюционные тупики.

Ни о чем ином так неопровержимо не свидетельствуют окаменевшие останки прямоходящих двуногих антропоморфов, обнаруженные на некоторых планетах, далеко отстоящих одна от другой в пространстве и времени.

Очевидно, примитивные ксеногоминиды на своих двоих никуда не смогли убежать от превратностей и пертурбаций бессистемной эволюции. Еще больше на разных планетах вымерло животных видов, имевших сильные задние опорные конечности снизу и слабые хвататательные сверху.

Можно сказать, двуногое прямоходящее человечество изначальной Земли оказалось сверхудачливым биологическим родом-племенем, потому как, выбирая из бесчисленных исходных вариантов, природа спонтанно сумела развить одну, а не две, заметьте, доминирующую пятипалую хватательную конечность. Выходит, там, где человек ни в зуб ногой, как когда-то говорилось, туда он походя сунется вооруженной рукой.

Наша правая рука и левая знают, что они делают; так же, как и оба полушария головного мозга, наши руки в образе действий и мышления зеркально ассиметричны. Будь то у правши или левши застойной равновесной симметрии, лишенной стимулов к развитию, мы здесь не наблюдаем, чего никак нельзя утверждать об опорно-двигательном аппарате homo sapiens. С какой ноги надо ходить и куда -- вопросы риторические.

Но ходовая часть человека, состоящая из двух нижних конечностей и опорного костяка, никуда не годится для человека в самом деле разумного и он, разумеется, обратил свой пытливый инженерный взор на иные средства передвижения.

В сравнении, мы видим, каким образом наша онтогенетическая опорно-двигательная система стала типичным эволюционным тупиком, когда природа, наш нерадивый и бездарный конструктор оставила все как оно есть в стагнации, в самом непрезентабельном виде, основательно занявшись руками и головой подопытного экземпляра. Кое-как передвигается, ну и ладно. Тем самым за счет ног у человека развивались руки и мозги. В итоге человек разумный ныне намного больше от природы предрасположен комфортабельно сидеть и лежать, но уж ни в коем разе ни ходить долго, ни бегать быстро или прыгать высоко От судьбы, конечно, не уйдешь, но в поисках лучшей доли стоит воспользоваться каким-либо транспортным средством.

Еще в незапамятные времена можно было с дымком и ветерком прокатиться на паровозе и со свистом полетать на дирижабле. Жаль, по воздуху или по рельсам за ними на двух ногах не угонишься, обязательно на чем-нибудь споткнешься.

Поскольку ходьба и бег на двух ногах суть весьма неэффективный, медленный, энергоемкий способ перемещения в пространстве-времени. Припоминаю, в исторических шоу и фабулах рассказывают о двух, трех днях пути до такого-то места, а дорогу куда-нибудь еще дальше измеряют неделями и месяцами, а не лигами, милями, верстам или стадиями. При этом не имеет значения двигались ли когда-то люди в пешем порядке, верхом на лошадях или сидя в гужевых повозках-вегикулах Доктор медицины и нанобионики Атил Алмоши на совещаниях, брифингах, инструктажах нередко забредал в дремучие исторические дебри, но оттуда он неизменно выбирался на торную тропу к основной теме.

По правде сказать, с большими трудностями. Если кто-то покамест не читал содержательную работу прозелит-магистра Сюрти, хочу подчеркнуть, я полностью согласен с ее выводами о натуральной иррациональности способов и видов передвижения четвероногих и, прежде всего, двуногих. Действительно, в условиях действия малейшей силы тяжести ходьба и бег представляют собой катастрофическую череду периодических рефлекторных падений, когда лишь вовремя вынесенная вперед нога, позволяет передвигающемуся физиологическому телу удержаться в равновесии и не обрушиться наземь.

Подобное трудно назвать иначе, чем эволюционным тупиком, где устойчивость приносится в жертву скорости и маневренности или наоборот, как у многоногих живых созданий природы, а также бионических шагающих устройств, когда-либо, где-либо сконструированных человеком. Я тут как-то на досуге занялся данным вопросом и выяснил: Подобно изобретателям вечного двигателя во многих мирах не переводятся чудаки, антропоморфно уверенные -- мол, нету ничего лучше ходьбы и бега для здоровья какого-либо железного идиота, в противоположность тому, что неоднократно доказала и продолжает доказывать экспериментальная бионика.

На свое несчастье, приверженцы сей шагистики скоро убеждались в иллюзорности ходячих и бродячих замыслов, хотя еще больше пострадали те, кто всерьез ставил на шагающие механизмы, предназначенные для ведения боевых действий. Двуногие бронированные монстры с тяжелым вооружением, оказались очень вкусными, дорогие коллеги, выгодными, крайне уязвимыми рентабельными целями в сравнении с легкозаменяемыми пехотинцами на хорошо вооруженных краулерах, крипперах, мультиподах и тому подобной колесно-гусеничной техники давно прошедших времен.

Сосредоточенный расстрел из фугасно-кинетического и корпускулярно-волнового оружия одной из всего лишь двух опор колосса на дрожащих стальных ногах катастрофически быстро превращал его в лежачую стационарную мишень. Тогда как дополнительная защита подвижных опор и ходовой части влекла за собой либо полный крах необходимой мобильности, либо становилась чревата неоправданными энергозатратами.

Таким образом, благодаря сногсшибательной совокупной стоимости эксплуатации, в доступной Ойкумене шагающие бронеходы сравнительно-исторически вымерли еще быстрее, чем двуногие тираннозавры на изначальной Земле. Кстати, неподалеку от муляжей мифологических динозавров в парке исторических развлечений при Терранском музее древностей можно увидеть прототип громадного двуногого чудища-танка среди других курьезных образцов антикварной боевой техники.

Как видим, смехотворные антропоморфные измышления и реальные боевые технологии оказались несовместимыми явлениями. В настоящей войне ветхозаветное человеческое тело и медлительно эволюционирующий мозг отнюдь не являются кладезями бионических откровений и источником новых технологий.

Можно возопить от нашего эволюционного бессилия и горестно восклицать: Ничего подобного, леди и джентльмены! Потому как наш человек презрел отсталый филогенез и безобразную наследственность.

Он, подлец-молодец радуется жизни и готов ее защищать с оружием в руках. Чуть что он, мерзавец-уродец лезет воевать с кем угодно и когда угодно, в том числе и с сами собой, со своими природными недостатками. Тут-то мы, дорогие коллеги, возьмем и немного подправим природу-родительницу, ткнув ее мордой в собственные недоработки. Как вы, наверное, догадываетесь, коллеги, первым шагом нашего человека в процессе управляемой автоэволюции стала разработка механических и ментальных развивающих упражнений.

Собственно, в комплексах аналогичных упражнений для мышц и сухожилий рук, ног, корпуса состояли приснопамятные тайны забытых боевых искусств древности. Разумеется, не все было утрачено в ходе экуменической Панспермии, потому как уже многие тысячелетия продолжается работа над боевыми имплантантами, кибернетически организующими реализацию тех самых боевых упражнений, военных экзерсисов, ружейных артикулов прицеливания и стрельбы.

Вторым принципиальным шагом психофизической автоэволюции человека, работающего над собой, стало внедрение всем нам хорошо знакомого боевого информационного модуля. А впоследствии с развитием амниотических нанотехнологий появилась возможность использовать режим метарапида.

Путешествие во времени

В моем понимании, метарапид есть управляемый гормональный шторм, сопровождаемый метаболическими микровзрывами. Отсюда, между прочим, проистекает медицинский термин RMS, то есть быстрый метаболический двигательный стресс, предложенный самим великолепным доктором Тегу Кабралом. Сейчас, дорогие коллеги, спустя экуменических лет мы с вами, медленно поспешая, делаем еще один кропотливый маленький автоэволюционный шажок, и пусть благодарные потомки назовут нашу целлеризацию гигантским шагом для всего прогрессивного человечества Док Алмо обожал произносить тосты и провозглашать здравицы в честь науки-кормилицы во время неизбежных обеденных перерывов, пока еще необходимых испытателям, и втолковывать им давно усвоенные прописные истины.

Причем даже вне воздействия пансенсорной среды предшествовавшие постоянные тренировки с БИМом придают нам способность более полноценно использовать скрытый потенциал всех анализаторов органов чувств и отрабатывать кинематические рефлексы на ускоренном уровне. Так что ныне, благодаря нашей методике целлеризации, вы, мои достославные испытатели, дополнительно обладаете правом и возможностями самостоятельно ускоренно двигаться и воспринимать окружающую среду без посредничества биотронных кибернетических устройств.

Вы уже не раз могли удостовериться, как анатомически и ментально ваши телесные кинестетические и ольфатические анализаторы вкупе с новыми анатомическими рецепторами на порядок превосходят экстраординарные показатели, установленные для человека.

В умении без специальных средств анализировать и систематизировать множество доступных запахов, свое место в пространстве-времени вам также нет равных среди животных-рекордсменов. Ваш, господа испытатели, теперешний рекордный уровень психофизической подготовки, по ускорению эквивалентный двух-трехкратному метарапиду, отнюдь не предел, если мы понемногу избавляем человеческий организм от необходимости совершать массу атавистических лишних движений, действий.

Мы запрещаем ему подчиняться простым безусловным рефлексам и сложным, но бессмысленным надстроечным инстинктам, унаследованным биологическим видом homo sapiens sapiens в процессе неразумной природной эволюции. Секрет целлеризации, мои любезные коллеги, прост и незамысловат и вместе с тем он неимоверно сложен и прихотлив. Казалось, чего проще -- ни единым мускулом, суставом, нервом, тканью, клеткой не прибегать к функционально излишним, нерациональным действиям и реакциям?

Команда собаке: «принеси, подай»

Тем не менее, это сложнейшая многоплановая проблема, джентльмены. Не мне вам объяснять, но при аппаратно отключенном БИМе наноскафы нашей эмерджент-системы не в состоянии эффективно возместить энергозатраты на целлеризацию. Посему вам приходится, извините за неудобство, вульгарно и усиленно насыщать организм сверхкалорийной пищей и, пардон, ускоренно испражняться.

Кое-как дело поправляют внутривенные микродозаторы, но они суть паллиатив и профанация до тех пор, когда на амниотическом уровне не будут перестроены и модернизированы наноскафы эмерджент-системы человека.

Не так-то нам легко избавляться от врожденных недостатков, присущих животной пищеварительной и выделительной предыстории. Для сравнения гляньте вашим улучшенным восприятием на стадо где попало гадящих, суетливых и бестолковых, неуклюжих, распущенных приматов где-нибудь в заповеднике или охотничьем парке. Вот оно от какого невыносимого наследия нам надлежит избавиться!

Немногим лучше на фоне обезьян выглядят хищные плотоядные животные, пусть патентованные трюизмы насчет неких грации, собранности, изящества передвижения кошачьих почему-то доселе звучат в устных речах невежественных обывателей. Тогда как о нелепо топочущих громоздких копытных и об их навозе вообще неловко вспоминать за обедом.

А вошедшие в поговорки нерасторопность и неловкость древних слонов и медведей? Однако же абсолютными рекордсменами по числу ежесекундно совершаемых заполошенных резких телодвижений и суматошных подпрыгиваний являются птицы. На мой взгляд, произошедшие от теплокровных рептилий яйцекладущие орнитоиды самых разных планет есть ярчайшая ошибка безумной природы и натуральной эволюции.

Если взять по уму и учесть элементарные требования аэродинамики, гравитации, сравнительной экзобиологической анатомии -- крылья летающего создания должны крепиться не к грудному отделу позвоночника, а к мощным тазовым костям.

По причине данной иррациональности летные характеристики идиотических живых махолетов, характеризуются поистине сумасшедшими энергозатратами, нисколько не компенсируемыми у некоторых больших птиц случайно обретенной способностью кое-как парить и планировать на восходящих потоках воздуха. Естественно, при создании эффективных и экономичных летательных аппаратов образованные инженеры-конструкторы всегда исходят от противного -- подальше от птиц и ошибок бессистемной спонтанной эволюции.

Мы расчетливо противостоим неразумной природе, и махать руками-крыльями, вовсе не созданными для нормального полета, человеку разумному нет нужды. Тем временем, рационально и неустанно двигаться, превосходя хищных зверей в физической мощи, скорости, выносливости, вам необходимо в силу дальнейшего закрепления, развития благоприобретенных навыков и умений.

Да свершится истинно, а потому ваше предложение, мой дорогой виконт Либен, устроить большую экспериментальную дорогостоящую охоту на львов в охотничьем парке Серенгети-в-Африке мною с благодарностью принимается. А с проклятым бюджетом, да-да, как-нибудь через спонсоров уладим Да и милорд генерал Янцзен ох горазд с треф-кинжалом и копьем-ассегаем в бытность свою на охоте. Или как нынче, на фехтовальной площадке в Либен-маноре. Само собой, тренировка завершилась двумя мелкими царапинами, без глубоких травм и происшествий.

И по поводу содержательных речей дока Алмо они вдоволь посмеялись за обильным обедом в тропическом саду, где за растительным занавесом едва виднелись блистающие в свете орбитальных лунных крепостей заснеженные просторы, отделенные от сотрапезников прозрачным силовым куполом.

О, какая на нем корочка Мне столько не съесть. Побудьте хоть немного гасконским обжорой, -- благодушно потчевал гостя радушный хозяин. Всю жизнь довольствоваться горсточкой риса в день, а тут на тебе, забудь об умеренности и воздержании, коль занимаешься, с позволения сказать, чревоугодной целлеризацией. Повисла нелегкая пауза, словно среди тропических зарослей зеленого обеденного зала Либен-манора вдруг повеяло ледяной бездной глубокого космоса.

Прежде расслабленно сибаритствующие рыцари неуловимо подтянулись в тревожной угрожающей готовности действовать. Затем генерал Цзен предложил тост: Он -- наша совсем не лишняя треть Мне отчего-то кажется, капитан Риант не погиб и благополучно выберется из той передряги на Кадме-Вэ.

Я тоже буду рад увидеть Мика живым О подробностях катастрофы, постигшей фельд-кампамент полковника Тотума, о капитане Рианте, пропавшем без вести, Дин Ли узнал три дня назад от своего нынешнего приятного сотрапезника и собеседника.

Тогда о том еще слыхом не слыхивали всеведующие трансгалактические масс-медиа. К сожалению, сегодня генерал не смог поведать ничего существенно нового о судьбе Рианта и складывающейся обстановке в том самом секторе пространства-времени.

Слишком далеко, не меньше семи астрогационных нуль-перегонов, а постоянные космодезические маяки-ретрансляторы интергала, связывающие с цивилизацией санитарный кордон вокруг Кадмеи, так небезопасную планету успели на свой журналистский манер обозвать масс-медиа, установлены лишь вчера, и доступ к ним закрыт. К тому же конфиденциальные источники закрытой информации, держащие в курсе событий генерала Цзена из Имперской комиссии по новым вооружениям, также далеки от метагалактического всемогущества и ясновидения.

Или же бригадный генерал Янцзен зачем-то не желает делиться сведениями с мастер-сержантом Либеном. Но это вряд ли Ваш пост в имперском правительстве, чин, выслуга лет позволяют вам надеяться по меньшей мере на титул барона империи. Пожалуй, находясь в здравом уме и трезвой памяти замечу: По большому счету, я бы не советовал. Но чувствам моим сумасбродным не прикажешь, виконт. Сердце мое привязано к очагам и алтарям, к далеким могилам предков на малой родине в Ханьхэ, в знак чего я по-прежнему храню не в имперских креденциалах, а в моей душе ханьское гражданство.

Ностальгия, мой друг, ностальгия и, безусловно, семейные устои помогают мне оставаться твердым ханьским патриотом на службе императору Терранской империи. ГЛАВА II Между делом техногенная эволюция кардинальным образом освободила женщину от домашнего рабства, радикально изменив ее социальную роль и функции в суперлативных человеческих сообществах доступной Ойкумены. Когда-то на изначальной Земле женщины были традиционно номинированы как хранительницы домашних алтарей и очагов, будучи интеллектуально-механическим приложением к тому, что тогда людям заменяло амниотическую машину, дидакт-процессор и кухонный синтезатор.

То есть женщина рабски была приложена ко всем тем техногенным устройствам, в наши дни во многом обеспечивающим уровень человеческого развития в суперлативных цивилизованных мирах. Даг Хампер, "Технологический аболиционизм".

Сабина Деримини небезосновательно считалась женщиной благоразумной и рассудительной. Поскольку в течение многих лет она небезрезультатно занималась традиционно мужской профессией как свободный вагантер -- исследователь дальнего пространства-времени.

Ранний зимний сорт яблок, 5 букв, 3-я буква О, сканворд

Или ближнего, если учесть то, как в астроматических окрестностях планеты Кадм-Вэ она обнаружила целых две астрогационных точки нуль-перехода, ведущих почти в цивилизацию, о чем она благоразумно решила не сообщать в Имперский астрографический комитет. Самой, быть может, пригодится туда-сюда и прямо в планетную систему Великого герцогства Касталия-Медиолано Хватит с них, имперских бюрократов и того, что она обнаружила забытую планету. О премиальных и бонусах, не забудьте, пожалуйста, леди и джентльмены!

Они, понимаете ли, лежат ближе к нашему телу, потому как греют душу