Знакомство петра с иностранцами

Брикнер А.Г. История Петра Великого. Немецкая слобода

знакомство петра с иностранцами

Однако и после удаления Софьи Петр несколько лет еще не занимался . Петра к иностранцам ограничивались знакомством с доктором фан дер. По просьбе Петра отыскали въ немецкой слободе мастера, который починилъ Знакомство. Петра. СЪ. иностранцами. Обращаясь. къ. иностранцамъ. До года отношения Петра к иностранцам ограничивались знакомством с доктором фан дер Гульстом, с ремесленниками, например Тиммерманом.

Следующее посещение Ярославля Петром Первым было вызвано печальным событием. Первый Азовский поход окончился неудачей. Русские войска смогли захватить только две каменные башни каланчи по обоим берегам Дона, выше Азова, с протянутыми между ними железными цепями, которые преграждали речным судам выход в море.

Турки предпринимали попытки отбить каланчи.

знакомство петра с иностранцами

В одном из таких нападений 8 сентября года был убит любимец Петра князь Федор Иванович Троекуров. В день его смерти Петр писал Федору Ромодановскому: Троекуровы — один из древних русских родов, потомки ярославских удельных князей. Их земли были расположены по берегам реки Туношонки — притока Волги. Центр троекуровских владений — село Бурмакино. Родством Троекуровы были связаны с царским домом: Сам князь Федор Иванович Троекуров был спальником и стольником царя Петра, который особенно к нему благоволил и часто бывал в доме Троекуровых.

ЯРСТАРОСТИ: Романовы в Ярославле – Петр Первый

Федор, по—видимому, отличался живым умом и талантом. Вместе с царем он был в Великом Посольстве в Западной Европе и многому там научился.

знакомство петра с иностранцами

В году он имел звание бомбардира Преображенского полка. При осаде Азова в году Федор Троекуров был одним из трех начальников бомбардиров вторым был царь, третьим капитан Преображенского полка Иван Гумерт. Во время спора царя Петра Алексеевича с сестрой своей царевной Софьей об образе правления в Московском государстве князь Федор Иванович состоял в числе первых приверженцев Петра, собравшихся по вызову государя к Сергиевой лавре для защиты от происков враждебной преобразователю партии.

О любви Петра к Троекуровым говорит и тот факт, что царь лично приехал 18 декабря года на его похороны в Ярославский Спасо—Преображенский монастырь, где Федор Иванович был погребен в фамильной усыпальнице. К середине 18 века род Троекуровых угас.

В следующий раз Петр посетил Ярославль по дороге в Архангельск в мае года. С ним по древней русской земле ехал и наследник — двенадцатилетний царевич Алексей, которому царь хотел показать море и строительство кораблей. Как и от предыдущих транзитных поездок, не осталось никаких достоверных сведений, как долго пробыл Петр в Ярославле и чем занимался в нашем городе. Можно только гадать, каким взглядом глядел на древний Ярославль царь, устремленный в будущее.

В начале 18 века Петр уже не восторженный юноша. Он уже начал вздымать Россию на дыбы или ломать на дыбе — в зависимости от точки зрения. Петр побывал в Западной Европе и европейские порядки как он их понял понравились ему больше отечественных. Он уже стал единовластным правителем.

Царевна Софья заключена в монастырь, казнены тысячи стрельцов. Царь настойчиво прививает подданным привычку курить табак и пить допьяна. Издает указ о запрете ношения остроконечных ножей и запрете их продажи в торговых рядах. Заставляет начать отмечать Новый год 1 января.

Начинает Северную войну и жестоко проигрывает сражение под Нарвой. Велит со всего государства, с церквей и монастырей собрать значительную часть колоколов как материал для изготовления пушек. Издает указы о ношении европейской венгерской одежды, устанавливает налог на ношение бороды и собственноручно режет бороды боярам.

Когда ярославцы спросили Димитрия: Впрочем, рассуждения убедили не всех ярославцев. Многие предпочитали не брить бороды, платя за них отдельный налог. Например, в году за 72 бороды положено было по окладным книгам Ярославля рублей — значительные деньги! В году Петр проводит административно—территориальную реформу — страна делилась на губернии. Ярославские земли, разделенные на четыре провинции, вошли в состав двух губерний — Московской и Ингермандландской Санкт—Петербургской.

Загадка эта объясняется просто — петербургский генерал—губернатор Алексей Данилович Меншиков знаменитый сподвижник Петра хотел иметь в своей власти город с богатым купечеством. Только после смерти Петра, в году, все ярославские провинции стали входить в состав Московской губернии. В начале —х годов по инициативе Петра в Ярославле открываются несколько казенных предприятий — Шляпный, Суконный и Оружейный дворы.

Однако страшный пожар года уничтожил все казенные предприятия, и больше они работу в нашем городе не возобновили. Основав Санкт—Петербург, Петр хотел, чтобы вся иностранная торговля шла только через петербургский порт. В году издается указ, что вывоз хлеба и ввоз шелковых материй, парчи и других товаров через Архангельский порт запрещается.

Вся торговля через архангельский порт сократилась на две трети. Это больно ударило по благосостоянию ярославцев. В нашем городе были закрыты все иностранные торговые конторы.

Какие были наставники у Петра I — Рамблер/новости

Ярославль стал терять свое значение и источники своего богатства, потеряв торговлю с Западом торговля с Востоком — Персией, Китаем и Сибирью по—прежнему шла через наш город. Нельзя сомневаться в том, что Лефорт был талантливым человеком, но в то же время не может быть и речи о каких-либо чрезвычайных способностях.

К сожалению, лишь весьма немного известно о его участии в военных операциях в Малороссии, где он сблизился с Гордоном. Образ его действий в Азовских походах не может считаться свидетельством особых военных способностей. Относительно сведений в области политики он далеко уступал Гордону, беседы которого могли заменить для Петра чтение газет. Зато Лефорт был дорог для Петра главным образом своей личностью, своим прекрасным сердцем, бескорыстной, беспредельной преданностью к особе Петра.

Гордон гораздо более, чем Лефорт, мог считаться представителем западноевропейской политической и общественной цивилизации и потому скорее, чем Лефорт, мог быть наставником Петра и посредником в его сближении с европейской культурой.

знакомство петра с иностранцами

Лефорт был 18 годами моложе Гордона и 19 годами старше Петра, но по своему характеру и наклонностям оставался юношей до гроба. Напротив того, Гордон, который был 37 годами старше Петра, уже в юных летах отличался необычайной зрелостью характера, обдуманностью действий, ясностью воззрений и неутомимым трудолюбием. В противоположность к некоторой женственности в характере Лефорта, не отличавшегося ни самостоятельностью воли, ни ясным сознанием своего личного достоинства, Гордон был настоящим мужем, никогда не забывавшим своего достоинства.

Удовольствия веселой жизни, дружеские попойки с разгульными друзьями, пиры по нескольку дней сряду с танцами, с музыкой были для Лефорта, кажется, привлекательнее славы ратных подвигов. Гордон, напротив того, с трудом перенося увеселения придворной жизни, предпочитал им походы и занятия за письменным столом.

Именно при этой солидности, серьезности, при некотором педантизме Гордона, в противоположность широкой натуре Лефорта, достойны внимания близкие отношения Гордона к Петру, не изменившиеся до кончины первого. Эти отношения были менее интимными, нежели отношения Петра к Лефорту, но принесли царю большую пользу, расширяя круг его знаний, наводя его на новые мысли, упражняя его в делах военной техники и приучая его к более основательному изучению разных предметов.

Лефорт оставался царедворцем, Гордон не переставал быть тружеником. Лефорт легче мог сделаться другом Петра, потому что он, так сказать, перестал быть швейцарцем, не думал о возвращении на родину, между тем как Гордон оставался верным своей национальности, своему исповеданию и до последнего времени жизни надеялся на возвращение в Шотландию.

Ни на одну минуту Гордон не переставал считать себя подданным Стюартов, тогда как жизнь Лефорта сосредоточивалась в личной привязанности к Петру. К сожалению, не сохранилось ни одного письма царя к Лефорту; письма последнего к Петру свидетельствуют о любви к царю и веселом нраве Лефорта; здесь очень много говорится о попойках, о разных сортах вин. Петр запретил раз навсегда принуждать Гордона напиваться допьяна; такого распоряжения не было сделано в отношении к Лефорту.

Никто в той мере, как Лефорт, за исключением Екатерины, не имел столь сильного влияния на настроение духа Петра, который любил его всей душой. Когда Лефорт умер, он, как рассказывают, воскликнул: Он один был мне верен. На кого теперь могу положиться? Непринужденность его близких отношений к людям, каковы были Гордон, Лефорт и другие жители Немецкой слободы, была гораздо более полезной школой для царя, чем замкнутость придворного этикета и церемониала, господствовавших в Кремле.

В Немецкой слободе Петр встречался всюду с началами веротерпимости и космополитизма в противоположность религиозным и национальным предубеждениям, господствовавшим в исключительно русских кругах общества.

В Немецкой слободе, служившей образчиком западноевропейских приемов общежития, Петр несколько лет сряду до отправления в Западную Европу уже находился некоторым образом за границей. Шаг, сделанный Петром в году из Кремля в Немецкую слободу, может считаться более важным, чем поездка за границу в году. Немецкая слобода сделалась для него как бы первой станцией на пути в Германию, Голландию и Англию; она служила посредником между Западом и Востоком; пребыванием в ней Петра оканчивается эпоха древней истории России, начинается новая эра для ее развития.

Познакомившись с разными дипломатами, офицерами, инженерами и купцами, Петр сделался у них домашним человеком, заглянул в их семейную жизнь, сблизился с их женами и дочерьми. Весьма часто в это время он уже бывал в Немецкой слободе, на свадьбах и крестинах. При таких случаях присутствовали дамы. Когда однажды летом года барон Келлер, бывший холостым человеком, устроил пир для государя, были приглашены дамы.

С этим временем совпадает начало его близких отношений с прекрасной дочерью золотых дел мастера, бочара и виноторговца Монса.

Он познакомился с ней через посредство Лефорта. В году англичане открыли морской путь в Белое море.

знакомство петра с иностранцами

Затем, однако, особенно во второй половине XVII века, не столько агличане, сколько голландцы играли важнейшую роль в торговле, которая шла через город Архангельск. И в Москве, и в Архангельске, и в Вологде, и в других городах жило много голландских купцов.

Долгорукий в году на пути во Францию и Италию некоторое время пробыл в Голландии и был очарован государственным и общественным строем, порядком администрации, солидностью учреждений Нидерландов, имевших в то время значение первоклассной державы.

Нет сомнения, что рассказы Долгорукого о Голландии после возвращения в Россию производили глубокое впечатление на Петра. И через Лефорта, жившего когда-то в Нидерландах, Петр мог узнать кое-что об этом крае. Келлер, голландский дипломат, с которым Петр виделся весьма часто, сообщал ему разные сведения о всемирном значении голландской торговли, промышленности и проч.

Витзена, письмо, в котором говорилось подробно о средствах развития торговых отношений с Китаем и Персией.

ЯРСТАРОСТИ: Романовы в Ярославле – Петр Первый - ЯРНОВОСТИ

Витзен считался опытным знатоком этого предмета. Он был хорошо знаком с Россией, которую посетил в году. Нам известно из донесений барона Келлера, что Петр уже в это время начал обращать внимание на вопросы торговой политики; Келлер доносил Генеральным Штатам, что надеется на довольно важные правительственные распоряжения относительно торговли. Понятно, что при важности торговых интересов для иностранцев, проживавших в России, жители Немецкой слободы с усиленным вниманием следили за развитием умственных способностей и расширением круга знаний Петра.

Келлер доносил, что царь любит иностранцев, но что его подданные этим не довольны. С усиленным вниманием Петр следил за событиями в Западной Европе; особенно он восхищался успехами английского короля Вильгельма III; однажды он выразил даже желание участвовать в военных действиях Англии против Франции под руководством самого короля.

Когда летом года англичане на море одержали победу над французами, Петр, находившийся в то время на Переславском озере, праздновал это событие залпом из пушек новопостроенных судов [ - Posselt, I,, Полезной школой для Петра было знакомство и с другими иностранцами.

От Андрея Виниуса, сына зажиточного голандского купца, занимавшегося еще при царе Михаиле Федоровиче горным промыслом в России, он узнавал о многих делах, происходивших на Западе. Виниус в качестве дипломата бывал за границей, занимался переводом различных сочинений на русский язык, был автором труда по географии, заведовал некоторое время Аптекарским Приказом, находился довольно долго в Малороссии в качестве дипломатического агента и в первое время царствования Петра управлял почтовым ведомством.

Уже это звание доставляло ему возможность сообщать царю множество заграничных новостей. Петр, видевшийся весьма часто с Виниусом, давал ему разные поручения, относившиеся к морскому делу, к горному искусству и проч.

Через Виниуса он выписывал из-за границы разные книги, инструменты, а также мастеров-ремесленников. Позже Виниус устраивал для царя пороховые и оружейные заводы, лил пушки, основал школу для моряков и проч.

Между другими людьми, окружавшими царя после государственного переворота года, можно назвать еще полковника Менгдена, инженера Адама Вейде, капитана Якова Брюса, переводчика Посольского Приказа, Андрея Кревета и.

знакомство петра с иностранцами

Шагом вперед в направлении к Западной Европе были путешествия Петра в Архангельск, предпринятые им в и годах. Тут главную роль играли иностранные купцы и моряки; тут на берегу Двины была также немецкая слобода, в которой находилась реформатская церковь. Проездом в Архангельск Петр бывал и в Вологде, где также проживало значительное число иностранцев. Патрик Гордон должен был в году отправиться в Архангельск. Он рассказывает, как Петр там бесцеремонно и весело пировал с голландскими и английскими шкиперами, играл с ними в кегли и как они угощали его в своих домах и каютах.

Архангельск был главной станцией на пути в Западную Европу. Здесь Петр впервые увидел море; здесь иностранцы-шкиперы посвящали его в тайны морского дела, техники мореплавания и кораблестроения. Один моряк из Саардама, с которым Петр сблизился в Архангельске, учил его лазить на мачты и объяснил ему все составные части корабельных снастей.

Петр осмотрел корабли, нагруженные иностранными товарами, был в таможне, в конторах иностранных купцов. Здесь он заложил корабль, который затем был отправлен в Западную Европу с грузом русских товаров.

Отсюда Петр послал письмо Витзену с поручением купить в Голландии корабль. В помощи иностранцев Петр нуждался для устройства маневров и для своих опытов судоходства, положивших начало русскому флоту.

Мы видели, как Петр непосредственно после государственного переворота года чуть ли не ежедневно был свидетелем военных упражнений, устраиваемых Гордоном. Все это было, так сказать, приготовлением к большим маневрам, продолжавшимся до Азовских походов. Они были не совсем безопасны: Гордон был также ранен: Главный характер этих военных упражнений заключался в том, что потешное войско боролось со стрельцами. В этом выказывался антагонизм между новой и прежней системами военной организации.

В году маневры возобновились. Князь Иван Дмитриевич Долгорукий, жестоко раненный в правую руку, умер на девятый день; было много раненых. Петр, Лефорт и Гордон принимали самое деятельное участие в сражениях. Оружием и на этот раз служили ручные гранаты, горшки, начиненные горючими веществами, и длинные шесты с зажженными на конце их пуками смоленой пеньки.

Многих переранили и обожгли, в том числе и Лефорта, которому взрывом огненного горшка опалило лицо так, что он несколько дней хворал серьезно, что, впрочем, не помешало ему угостить у себя в шатре после сражения царя и главных офицеров.

Какие были наставники у Петра I 

Главным образом руководил маневрами Гордон. Эти маневры были полезным приготовлением к Азовским походам, а далее они должны были служить средством сближения между Петром и иностранными офицерами. Лефорт, Гордон и прочие постоянно были в обществе царя. Петр ценил высоко военно-техническое образование иностранцев. Невольно в нем родилась и окрепла мысль, что успехи русской политики и русского оружия обусловливаются главным образом участием в этих делах людей западноевропейской школы.

Мы уже знаем, в какой мере царь нуждался в иностранцах при своих опытах плавания по Переславскому озеру и при постройке судов.

Эти занятия принимали все большие и большие размеры. Располагая после государственного переворота года большими средствами и полной свободой, Петр мог заняться всем этим еще гораздо успешнее, чем. На Переславском озере уже в году была заложена верфь. На ней было построено под руководством голландцев, Карстена Бранта и Корта, несколько судов. Тут трудился сам Петр в качестве корабельного плотника. Тут он зимой года был занят постройкой большого военного судна.

Он работал с таким усердием, что не без труда его уговорили прервать на короткое время занятие для путешествия в Москву, где нужно было дать торжественную аудиенцию персидскому посланнику.

Спуск нового корабля происходил 1 мая года. При этом случае были устраиваемы разные празднества. Из кратких записок Петра к матери в это время видно, в какой мере он был занят судостроением. Даже мать царя и его супруга должны были приехать в Переславль для участия в прогулках на воде. Из ее писем к сыну видно, как сильно она в это время беспокоилась.

В Архангельске Апраксин, сделавшийся впоследствии адмиралом, руководил постройкой нового корабля. Басни о мнимой первоначальной водобоязни Петра, встречающиеся впервые в сочинении Штраленберга и повторенные затем Фокеродтом, Манштейном, Крекшиным, Вольтером, Голиковым, не заслуживают внимания.

Летом года, во время путешествия в Соловецкий монастырь, Петр едва не погиб; была ужасная буря; крушение казалось неизбежным. Опытность и хладнокровие лодейного кормчего Антипа Тимофеева спасли государя и его товарищей. В воспоминание своего избавления Петр собственноручно сделал деревянный крест с надписью на голландском языке. Сам царь отнес его к тому месту, где вышел на берег, и водрузил в землю на память потомству [ - Устрялов, II, — Нельзя не удивляться рабочей силе, предприимчивости и энергии царя, который своим потехам придавал обыкновенно весьма серьезное значение, но в то же время любил прерывать работу шумными увеселениями и разгульными пиршествами.

Кораблестроение и игра в кегли, химические опыты в лаборатории и веселые попойки, ученые разговоры о вопросах технологии и странные шутки и маскарады непосредственно следовали друг за другом. То можно было видеть Петра в церкви, читавшим апостола и певшим с певчими на клиросе, то на корабле, лазившим по мачтам и такелажу; иногда, пропировав всю ночь в веселой компании, он утром рано с топором в руках отправлялся на верфь, где работал над постройкой судов.

По достоверному свидетельству шведского агента Кохена, оказывается, что к одной яхте при ее постройке не прикасалась ни одна рука, кроме царской [ - Устрялов, II, — Весьма часто Гордон в своем дневнике упоминает о подробных беседах с царем, в которых обсуждались вопросы военной техники и политики; весьма часто говорится и о том, что царь с большой компанией до и лиц по целым суткам бражничал у своих знакомых, иностранных дипломатов, офицеров и проч.

По словам Кохена, Келлера и Гордона, такие посещения бывали им подчас в тягость. В — годах Петр велел построить для Лефорта великолепный дом, роскошно меблированный: В погребе у Лефорта находились постоянно большие запасы виноградных вин, на несколько тысяч рублей. Во время таких пиршеств беседовали о государственных делах на Западе, пивали за здоровье короля английского Вильгельма III или произносили тосты в честь Женевской республики, Генеральных Штатов.

Разумеется, подчас увеселения царя доходили до буйства; бражничанье принимало ужасающие размеры; молодому царю, от природы чувственному, изобилующему силой, трудно было знать меру в веселье и разгуле. При его положении все угождали. Наш знаменитый историк С. В то время, когда Россия повернула на новый путь, как нарочно грусть и скука выгоняют молодого царя из дворца в новую сферу, где он окружен новыми людьми, где он вождь новой дружины, разорвавшей с прежним бытом, с прежними отношениями.

Алексей Михайлович мечтал о сооружении флота, но не успел осуществить этого дела, в котором не принимал личного, непосредственного участия. Петр успел создать флот именно самоличной работой моряка и корабельного плотника. Отсюда некоторая необузданность в попойках, недостаток в поддержании достоинства государя, нарушение правил внешнего приличия, подобающего царю. Отказавшись играть роль полубога на престоле, царь подчас в кругу подданных, людей скромных, вел себя как равный между равными.

Охота Петра к странным шуткам, маскарадам и проч. При дворе Петра было множество шутов, карликов. В начале года Петр отпраздновал свадьбу своего шута Тургенева следующим образом. В поезде были бояре, окольничие и думные люди. Можно считать вероятным, что самому царю принадлежала весьма важная доля в устройстве таких сумасбродных увеселений.